Для поиска темы - пользуйтесь СИСТЕМОЙ ПОИСКА


Стоимость дипломной работы


Home Материалы для работы Политические процессы. Жанна Д’Арк

Политические процессы. Жанна Д’Арк
загрузка...
Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

Политические процессы.  Жанна Д’Арк


Не появись на сцене Столетней войны эта семнадцатилетняя девушка из французской деревни, кто знает, как сложилась бы судьба Франции, Англии и всей Европы? Неграмотная пастушка, короновавшая Карла VII в Реймсе, - кто говорил ее устами: Бог или дьявол, кем была она - авантюристкой или святой мученицей? Богословы и философы, психологи и историки без малого пятьсот лет бьются над ответом на этот вопрос, тщательно изучая феномен Орлеанской Девы, загадочные факты ее биографии и необъяснимые явления, происходившие словно по велению высшей силы с этой девушкой, державшей штандарт с ликами святых над преклонившим колени королем и позже сожженной на самом высоком костре, когда-либо раздуваемым инквизицией с молчаливого согласия того же короля, которому она подарила корону и трон.

Жанна д’Арк родилась в 1412 году, в семье пастуха Жакоба д’Арк и Изабель Роме. В четырнадцать лет она услышала божественные голоса, говорившие ей, что она призвана спасти Францию, и для этого ей следует отправиться ко двору Карла VII, одному из претендентов на французский престол, ободрить его и повести его войско против ненавистных англичан.

В семнадцать лет Жанна тайком покинула родительский дом. 12 февраля 1429 года она появилась в Шиноне и убедила Карла VII. Карл и его советники, не видя иного выхода из создавшейся ситуации, решились довериться ей и поставить во главе войска, отправлявшегося на помощь осажденному городу Орлеану. Но прежде Жанну подвергли допросу - богословам надлежало выяснить, действительно ли Жанна слышит потусторонние голоса, не колдунья ли она, говорит ли ее устами Бог или дьявол. В течение месяца в городе Пуатье ее допрашивали с пристрастием. Заключение комиссии было таково: «Так как девица Жанна говорит, что знамение ее посланничества будет явлено в Орлеане, то ей не следует чинить препятствия в том, чтобы она отправилась туда с войском, ибо без причины сомневаться в ней означало бы грешить против Святого Духа».

Жанна возглавила десятитысячное войско, которое под Орлеаном нанесло поражение англичанам. Освобождение Орлеана явилось величайшим чудом христианской эпохи. Орлеан с тех пор на протяжении многих столетий торжественно посвящал этот день Деве. Затем французы освободили Реймс, где Карл VII после пышной коронации наконец стал полноправным правителем Франции.

Народ и окружение Карла воспринимали эти победы как проявления божественной воли. Англичане же приписывали победы французов колдовским чарам Жанны, утверждая, что она связана с Сатаной и действует при его поддержке.

Не прошло и года после победа под Орлеаном, как 23 мая 1430 года в одной из стычек под Парижем, близ города Компьень, бургундцы взяли в плен Жанну д’Арк. Согласно существовавшим законам, король Карл мог выкупить Жанну, но Карл ничего не сделал.

Парижская инквизиция жаждала расправиться с Жанной - ведь предание ее проклятью вернуло бы Англии незапятнанную честь и обратило бы превосходство и победы Карла в ничто. Для Англии Жанна представляла государственный интерес, ибо она олицетворяла Францию. Недостаточно было просто казнить ее тело, следовало еще уничтожить ее дух. Несомненно, что беспристрастный церковный суд оправдал бы Жанну, однако высшие церковные сановники Европы занимались в то время решением вопроса о папском престоле, а инквизиционный суд в Париже обладал достаточными полномочиями, чтобы приговорить Жанну к смерти.

Следует учесть, что казнить Жанну руками англичан - означало сотворить национального кумира, придать Жанне ореол мученицы, воодушевленные ее подвигом тысячи французов поднялись бы на борьбу с оккупантами. Поэтому, по замыслу англичан, осудить и казнить Жанну должны были сами французы. И долго искать таковых не пришлось.

В канун Рождества 1430 года Жанну доставили в Руан. Руководить процессом было поручено члену английского королевского совета епископу Бовэ по фамилии Кошон - созвучную с французским словом «свинья».

Инквизиторы обвиняли Орлеанскую деву во всех смертных грехах. Она слышала «голоса» - значит, это были голоса дьяволов. Она носила мужское платье, не по повелению ли дьявола она это делала? Она утверждала, что является девственницей. Ее подвергли унизительной процедуре освидетельствования, которую совершила лично жена английского наместника леди Бедфорд. На нее кричали, ей угрожали земными и небесными карами, пугали орудиями пыток, требовали признаний. В ее защиту не выступил ни один человек.

В камере ночью вместе с Жанной постоянно находились трое английских солдат, что заставляло ее не расставаться с мужской одеждой, а это «доказывало», что она колдунья.

Наконец, ей подослали священника-провокатора Никола Луазелера, который, выдав себя за ее земляка и друга, вел с ней «откровенные» беседы и давал советы, как отвечать на вопросы инквизиторов, а в соседней камере, приложив ухо к отверстию, слушали Кошон и английский военачальник Уорвик.

Жанна парировала провокационные вопросы инквизиторов с искусством, вызывавшим удивление ее мучителей. Вот некоторые их вопросы и ее ответы: «Считаешь ли ты, что на тебе почиет божья благодать?»

«Если на мне нет благодати, да ниспошлет мне ее Бог; если же есть, да не лишит он меня этой благодати!» - был ответ.

Кошон стал угрожать Жанне пытками. Он повел свою пленницу в камеру пыток, где заявил ей: «Жанна! В вашем деле имеются многочисленные пункты обвинения, на которые вы отказались ответить или ответили лживо. Мы вас предупреждаем: говорите нам правду, или вы будете подвергнуты пытке, посмотрите, инструменты пытки наготове, перед вами палачи, которые ожидают только нашего приказа, чтобы подвергнуть вас пыткам. Они будут вас пытать с тем, чтобы направить на путь истины, которую вы не признаете, и чтобы обеспечить вам таким образом двойное спасение - вашей души и вашего тела, которые вы подвергаете столь серьезным опасностям из-за ваших лживых выдумок».

Жанна ответила Кошону: «Говоря правду, если вы мне вырвете мои члены и выбьете мою душу из тела, даже тогда я не изменю своих показаний, если же я скажу вам другое, то затем я всегда буду утверждать, что вы силой заставили меня сделать это».

Пытки к ней не были применены - Жанна испугалась огня и дыбы и подписала обвинительный приговор.

21 февраля 1431 года состоялся суд, инквизиторы, руководимые Кошоном и де Метром, сформулировали свои обвинения против Жанны.

Суд признал, что ее видения ангелов и святых исходили от злых духов и дьявола. Суд также признал «безрассудным» утверждение Жанны д’Арк, что она узнавала святых и ангелов по получаемым от них наставлениям и ободрениям и считала их проявлениями веры Христовой.

Утверждение обвиняемой, что она могла при посредстве «голосов» узнавать незнакомых людей, суд счел суеверием и чародейством, тщеславным и пустым хвастовством.

Ее обвинили в ношении мужской одежды и коротких волос, расценив это как богохульство, оскорбление таинств, нарушение божественного закона, Священного писания и канонических постановлений.

23 мая 1431 года Жанну вызвали в трибунал, и Кошон зачитал ей множество документов, уговаривая ее признать себя виновной, раскаяться и отречься от своих преступных заблуждений, иначе она загубит свою душу и погибнет на костре.

Однако на Жанну эти слова не подействовали, и она категорически отказалась признать себя виновной в каком-либо прегрешении. Учитывая ее «закоснелость» в ереси, трибунал постановил отлучить ее от церкви и сжечь.

На следующий день в Руане состоялось аутодафе в присутствии кардинала Бофора и других высокопоставленных представителей церковных властей, а также высших английских чинов. Кошон вновь прочел Жанне д’Арк постановление трибунала и призвал ее к раскаянию и отречению. И тут произошло нечто неожиданное: машина инквизиции, наконец, сработала, и Жанна, уступив бесконечным увещеваниям и угрозам, заявила, что готова отречься, но при условии, что ее переведут в церковную тюрьму, где она избавится от присутствия английских солдат, не покидавших ее даже в камере.

Кошон, обещав выполнить ее просьбу, зачитал ей формулу отречения, под которой чуть ли не силой принудил ее вывести знак креста - подпись. В этом отречении был пункт, в котором она признавала, что совершила тяжкий грех, «нарушив божественный закон, святость писания, канонические права, надевая одежду развратную, неестественную, бесчестную, противоречащую природному приличию и подстригая волосы кругом подобно мужчине вопреки всякому приличию женского пола».

Вслед за этим Жанне был зачитан новый приговор: ее приговорили к пожизненному заключению в тюрьме на хлебе и воде. На этом аутодафе закончилось. Однако, вместо того, чтобы отвести осужденную в церковную тюрьму, как это ей было обещано, ее возвратили англичанам, которые заковали ее в цепи и вернули в подвалы Буврейского замка.

В тот же день, когда с аутодафе Жанну вернули в тюрьму, ее посетил Жан де Метр и другие инквизиторы. «Святые отцы» продолжали угрожать ей суровыми карами за неповиновение. Они уговорили ее переодеться в женское платье, однако при этом ее мужская одежда была оставлена в мешке у нее же в камере.

После этого над пленницей пытались надругаться английские солдаты, что заставило ее вновь надеть мужское платье. Об этом сообщил исповедник Жанны в те дни. Когда инквизиторы 28 мая вернулись к Жанне в тюрьму, она им заявила: «Я не совершила ничего греховного против Бога или против веры. Я буду, если вы желаете, снова носить женское платье, но во всем остальном - я останусь прежней».

На следующий день Кошон сообщил «священному» трибуналу, что Жанна «вновь обольщена князем тьмы, и - о горе! - снова пала, как пес, возвращающийся на свою блевотину». Трибунал постановил: Жанну д’Арк, как повторно впавшую в ересь, отлучить от церкви и «освободить» ее, передав светским властям «на их усмотрение».

Казнь Жанны состоялась 30 мая 1431 года - ровно через год после ее взятия в плен, - на площади Старого рынка в Руане, куда ее привезли на позорной колеснице из тюрьмы в сопровождении английской стражи.

«На площади, - писал Жан Мишле, - были воздвигнуты три помоста. На одном из них помещалась королевская и архиепископская кафедры, трон кардинала Англии, окруженный сиденьями его прелатов. Второй предназначался для действующих лиц мрачной драмы: проповедника, судьи, бальи и, наконец, самой осужденной. Отдельно виднелся громадный оштукатуренный помост, заваленный дровами. Ничего не пожалели для костра, он пугал своей высотой. Это было сделано не только для придания торжественности обряду сожжения, но и с определенной целью: палач мог достать только снизу до костра, расположенного на большой высоте, и зажечь его; таким образом, он не был в состоянии ни ускорить казнь, ни покончить с осужденной, избавив ее от огненных мук, как обычно делал с другими... Жанна должна была сгореть заживо. Поместив ее на вершине горы из дров, над кругом копий и мечей, на виду у всей площади, можно было предположить, что, долго и медленно сжигаемая на глазах любопытной толпы, она проявит, наконец, некоторую слабость, у нее вырвется если не признание, то, по крайней мере, несвязные слова, которые легко истолковать в желанном смысле; быть может, даже тихие молитвы или униженные моления о пощаде, естественные для павшей духом женщины».

На казни Жанны присутствовали все ее мучители - Кошон, де Метр, Уорвик, провокатор Луазелер... Кошон зачитал новое решение «священного» трибунала: «Во имя Господа аминь... Мы, Пьер, божьим милосердием епископ Бовэский, и брат Жан де Метр, викарий доктора Жана Граверана, инквизитора по делам ереси... объявляем справедливым приговором, что ты, Жанна, в народе именуемая Девой, повинна во многих заблуждениях и преступлениях. Мы решаем и объявляем, что ты, Жанна, должна быть отторжена от единства церкви и отсечена от ее тела как вредный член, могущий заразить другие члены, и что ты должна быть передана светской власти...

Мы отлучаем тебя, отсекаем и покидаем, прося светскую власть смягчить свой приговор, избавив тебя от смерти и повреждения членов».

Инквизиторы знали, что их просьбы подобного рода отклоняются. Затем на голову Жанны надели бумажную митру с надписью «Еретичка, вероотступница, идолопоклонница» и повели на костер.

«Епископ, я умираю из-за вас. Я вызываю вас на Божий суд!» - с высоты костра крикнула Жанна.

Хронисты отмечают, что во время казни Жанны инквизитор Кошон рыдал, возможно, он раскаялся в совершенном зле. Кто знает?..

Жанна попросила палача дать ей крест. Палач, обливаясь слезами, протянул ей две скрещенные хворостины и держал перед ее глазами, пока тело Жанны не обратилось в прах.

Сторонники Жанны свидетельствовали, что она мужественно и гордо взошла на костер, а противники утверждали, что она каялась и рыдала.

Когда огонь уничтожил ее одежды, то раздвинули охваченный пламенем хворост, чтобы толпа могла увидеть обгорелый труп и таким образом убедиться, что Жанна была женщиной. Говорят, что среди обугленных останков Жанны билось сердце, полное крови, но английские солдаты растоптали его сапогами, а пепел сожженной Орлеанской Девы выбросили в Сену.

В июле 1456 года приговор по делу Жанны д’Арк был торжественно отменен папой Каликстом III. Карл, ничего не сделавший ради ее спасения, приказал пересмотреть дело Жанны. Король все-таки решил снять позорный ярлык с имени той, кому обязан был своею короной.

Наполеон, основательно проштудировавший походы Жанны, заявил, что она была гением в военном деле.


 
загрузка...

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить