Для поиска темы - пользуйтесь СИСТЕМОЙ ПОИСКА


Стоимость дипломной работы


Home Материалы для работы Государственные перевороты. Переворот З хута (Иран. 21 февраля 1921 года)

Государственные перевороты. Переворот З хута (Иран. 21 февраля 1921 года)
загрузка...
Рейтинг пользователей: / 1
ХудшийЛучший 

Государственные перевороты. Переворот З хута (Иран. 21 февраля 1921 года)


Политическое положение в Иране к концу 1920 года было очень сложным. В Гиляне, Азербайджане, Хорасане и других провинциях продолжалась борьба против английского империализма и шахского правительства.

Несмотря на отставку в конце лета 1920 года кабинета Восуга од-Доуле и формирование «либерального» правительства Мошира од-Доуле, недоверие к правящим кругам Ирана среди народа не уменьшалось. Поэтому кабинету Мошира од-Доуле также пришлось уйти в отставку, и осенью 1920 года было создано правительство Сепахдара, на которое возлагалась задача покончить с народными волнениями в стране. Но и правительство Сепахдара не смогло предпринять в этом отношении никаких действенных мер.

Для создания сильного правительства, способного быстро «навести порядок» в стране, с конца 1920 года в Иране велась подготовка государственного переворота. По свидетельству X. Макки, автора «Двадцатилетней истории Ирана», в начале 1921 года к перевороту готовились: 1) группировка Сардара Асада Бахтияри - одного из крупнейших феодалов Ирана, пользовавшегося большим влиянием среди бахтиарских племен. В конце 1920 года, как указывает Макки, в Исфагане состоялся съезд ханов племен, рассмотревший вопрос о возможностях организации похода на Тегеран и осуществления государственного переворота. Лишь разногласия между ханами помешали этой группировке немедленно приступить к активным действиям; 2) группировка Салара Дженга - крупного феодала, под командованием которого находилось значительное число вооруженных бахтиарских отрядов; 3) группировка Сеид Зия эд-Дина и Носрета од-Доуле, которая хотела произвести переворот, опираясь на британских союзников. Оба ее лидера были ярыми англофилами, причем Носрет од-Доуле, выехав в Европу еще в 1919 году, долгое время пробыл в Англии и, «еще будучи в Лондоне, выработал план и помчался в Тегеран, чтобы осуществить переворот».

Последнее обстоятельство подтверждает Эсфендияри, работавший тогда в иранском посольстве в Лондоне: «За несколько месяцев до переворота, во время пребывания в Лондоне покойного Фируза-мирзы (Носрета од-Доуле) там происходили переговоры и была достигнута договоренность о том, что он составит и возглавит кабинет».

В то же время и тегеранские придворные круги не оставались пассивными: «Мы имеем сведения, - пишет Малек ош-Шоара Бахар в «Краткой истории политических партий Ирана», - что во время встречи шаха со своим отцом в Стамбуле там разрабатывался план переворота при помощи казачьей бригады... Именно с этой целью шах не хотел распылять казачьи войска и даже препятствовал тому, чтобы они объединились с жандармерией под единым командованием».

Кандидатом на пост будущего главы правительства англичане выдвинули Сеид Зия эд-Дина, который в качестве редактора тегеранской газеты «Раад» находился в тесном контакте с британской миссией.

Его путь к государственной власти начался лишь в 1919 году. Тогда он стал активным участником созданной Восугом од-Доуле, главой правительства Ирана, тайной организации под названием «Комитет черной руки», ведшей методами террора борьбу с противниками англо-иранского соглашения. В конце 1919 года Сеид Зия эд-Дин был назначен руководителем иранской дипломатической миссии, направленной в Баку для ведения переговоров о заключении союза с мусаватистским правительством Азербайджана. Цель союза состояла в создании ирано-азербайджанской конфедерации под протекторатом Англии.

После падения кабинета Восуга од-Доуле летом 1920 года Сеид Зия эд-Дин отошел от дел, но с приходом к власти в ноябре 1920 года кабинета Сепахдара вновь стал близок к правительственным кругам. Уже тогда возникла идея о введении его в состав кабинета Сепахдара. Можно предположить, что именно Сеид Зия эд-Дин был одним из неназванных по имени лиц, обращавшихся в октябре 1920 года к премьер-министру с предложением создать иранские военные формирования численностью в 15 тысяч человек под руководством британских офицеров. Тогда же он активно занялся вербовкой союзников в предстоявшей борьбе за власть, используя в этих целях созданный им в столице филиал «Железного комитета», который превратился в главный инструмент подготовки и осуществления государственного переворота, а его члены впоследствии стали близкими помощниками Сеид Зия эд-Дина во время нахождения его у власти.

Сеид Зия эд-Дин активизировался в январе-феврале 1921 года - в период, когда британская миссия в Тегеране была особенно озабочена поисками «сильного, реакционного премьер-министра». Англичане в это время уже не надеялись, что Сепахдар окажется в состоянии сформировать правительство, «приемлемое и для шаха, и для правительства его величества». А все другие кандидаты - Мустоуфи оль-Мемалек и даже принц Фируз, соглашались возглавить правительство только в том случае, если Англия согласится на пересмотр условий англо-иранского соглашения 1919 года. Кабинет Сепахдара лишь номинально заполнял вакуум государственной власти, и было ясно, что его дни сочтены. В это время на политической сцене в Тегеране и появился Сеид Зия эд-Дин.

Поддержка группировки Сеид Зия эд-Дина англичанами выражалась не только в материальной помощи, но и прямом давлении, которое они оказывали на правительство Сепахдара. В начале января Шахиншахский банк сообщил, что вскоре будет приостановлен обмен иранской валюты. В то же время он начал искусственно понижать курс иранских бумажных денег. «Приближающаяся эвакуация английских войск, - отмечала газета «Тайме», - которая совпадает с решением имперского банка перевести деньги за границу, вызвала панику среди персов». Наконец, в боевую готовность были приведены и британские вооруженные силы, находившиеся на территории Ирана.

Осуществление переворота возлагалось на казачью дивизию, основные силы которой находились в то время в Казвине. Участие армии в перевороте должно было придать ему «национальную» окраску, и в этом смысле расчет заговорщиков всецело оправдался. Кандидатура командира дивизии была утверждена англичанами. На этот пост претендовали иранские генералы Галан, Амир, Мосег и полковник Реза-хан. Когда двое первых отказались, командиром дивизии был назначен последний.

Остановив свой выбор на командире Тебризского отряда казачьей дивизии Реза-хане, представители британского военного командования и разведки считали, что он больше других подходил для этой роли. Огромное честолюбие и сила характера выделяли его из среды офицеров дивизии, и эти качества были немаловажны для обеспечения успеха задуманного предприятия. Те, кто выбирал, не могли не оценить и другую черту характера Реза-хана- его склонность к интриге и способность предать всякого ради достижения своих честолюбивых замыслов. Англичанам было хорошо известно, что в феврале 1918 года Реза-хан был среди иранских офицеров главным сообщником полковника Старосельского в организации мятежа, направленного против командира казачьей дивизии полковника Клерже. В результате их действий Клерже был отстранен от командования дивизией и его место занял Старосельский, а Реза-хан получил внеочередное повышение по службе.

Реза-хан не возник бы как политическая фигура, если бы он не был выбран на роль военного руководителя заговора. Реза-хан по своим политическим убеждениям не был ярко выраженным националистом, так как никогда не находился в связях с представителями национальных сил или известными националистическими деятелями Ирана. Единственная политическая организация, в которой он, как утверждается в некоторых публикациях, состоял или сотрудничал, был «Железный комитет» Сеид Зия эд-Дина. Больше оснований предположить наличие у Реза-хана определенной неприязни к иностранным офицерам, которым он должен был подчиняться. Это может быть объяснено не столько национализмом, сколько огромным честолюбием Реза-хана и его стремлением к власти, к личной диктатуре.

Для обеспечения успеха заговора через английское посольство была достигнута договоренность с жандармерией и другими вооруженными отрядами, находившимися в Тегеране. Таким образом, возможность более или менее серьезного сопротивления была устранена. Накануне захвата Тегерана, когда стало известно о приближении к столице казачьей дивизии, жандармским частям, направленным ей навстречу, были выданы винтовки без патронов. Между тем жандармские части могли без труда разбить уставших казаков.

16 февраля 1921 года Казвинский отряд казачьей дивизии получил приказ выступить на Тегеран. В то же время британские войска, стоявшие под Казвином, были переброшены поближе к Тегерану, к местечку Кередж. Реза-хан заручился поддержкой генерала Айронсайда, командующего английскими войсками в Иране, полковника Исмейса и других английских офицеров на случай каких-либо осложнений.

20 февраля по Тегерану стали распространяться слухи, что к столице с неизвестными целями приближаются казачьи части. Накануне правительство получило телеграфное донесение из местечка Енги-Эмам, что оттуда по направлению к Тегерану 7 февраля прошел казачий отряд под командованием Реза-хана. На телеграфные запросы правительства, посланные от имени шаха, был получен ответ, что казаки едут в столицу получить причитающееся им жалованье и повидаться с родными. Затем всякая связь вообще была прервана.

19-20 февраля правительство беспрерывно заседало, намечая меры противодействия заговорщикам, но дальше разговоров дело не пошло. После того как отряд казаков, двинутый по приказанию Сепахдара навстречу Казвинскому отряду, перешел на сторону Реза-хана, правительство фактически потеряло власть.

21 февраля 1921 года (3 хута 1299 года) войска заговорщиков остановились недалеко от Тегерана. Хотя они были уверены, что серьезного сопротивления им оказано не будет, тем не менее, в течение нескольких часов они не решались вступить в город.

Поздно вечером 21 февраля Сепахдар сделал последнюю попытку спасти положение, послав к заговорщикам делегацию. «Когда стало известно, что казачьи силы двинутся на Тегеран, - писал корреспондент «Тайме», - Моайед оль-Мольк, представлявший шаха, и Адиб ос-Салтане от имени Сепахдара вместе с членами английской миссии и военным атташе выехали навстречу казакам в Мехрабад, последнюю стоянку перед Тегераном. В ходе переговоров Реза-хан заявил о решимости захватить столицу и создать военное правительство, способное защитить город после вывода британских войск. Он объявил себя противником большевиков и сторонником англичан».

Около полуночи казаки вошли в столицу. Как и ожидалось, они не встретили никакого сопротивления. Исключением был один из полицейских участков, где завязалась непродолжительная перестрелка (да и то, очевидно, по какому-то недоразумению). К утру 22 февраля весь город оказался занят казаками.

Члены кабинета разбежались еще накануне вечером, а сам Сепахдар нашел убежище в английском посольстве. Шахский двор пребывал в сильном волнении, так как в столице распространялись самые невероятные слухи о решительности и «революционности» Сеид Зия эд-Дина. В городе было введено военное положение. Телеграфная и телефонная связь внутри Тегерана и с провинциями оказалась прерванной. В то же время полными хозяевами столицы стали казаки, которые ограбили много лавок тегеранского базара и частных домов, хотя сам Реза-хан утверждал, что ничего подобного не было. В первые дни после переворота жизнь в столице казалась замершей.

22 февраля в шахский дворец явился представитель Сеид Зия эд-Дина Багир-хан. Он уверил шаха в благих намерениях заговорщиков, в их «любви к шаху и патриотизме». После этого шах поручил Сеид Зия эд-Дину формирование нового правительства. По особому указу шаха Реза-хану присвоили титул главнокомандующего «Сардар Сепах»; кроме того, он был официально назначен командиром казачьей дивизии.

В ночь на 23 февраля в Тегеране начались аресты крупных феодалов, политических деятелей, бывших министров и даже приближенных шахского двора. В первую очередь были арестованы все лица, высказывавшиеся против соглашения 1919 года, затем многие студенты медресе, чиновники и редакторы газет, критиковавшие кабинет или мероприятия Сеид Зия эд-Дина.

26 февраля Сеид Зия эд-Дин опубликовал программу своего правительства. В ней отмечалось тяжелое положение Ирана и указывалось, что к этому привели страну знать и вельможи. Сеид Зия эд-Дин писал: «Нужно, чтобы цена труда и страданий рабочих и крестьян была признана, и период их мучений кончился. Для достижения этой цели первым необходимым шагом является раздел пустошей и государственных земель между крестьянами... установление справедливости в отношениях между помещиком и крестьянином, чтобы его жизнь была обеспеченной». Касаясь вопроса о народном образовании, Сеид Зия эд-Дин писал: «Необходимо, чтобы были основаны школы... и дети всех слоев населения, в том числе и крестьян, могли бы пользоваться благами образования». В разделе, посвященном внешней политике, говорилось об отмене соглашения 1919 года, о равноправии в отношениях с иностранными государствами. Призывая создать крепкую армию для осуществления всех этих мероприятий, он заявлял: «...и даже, если родной брат будет препятствием на пути спасения страны, я не пощажу его».

1 марта 1921 года Сеид Зия эд-Дин представил шаху сформированное им правительство. Постепенно министерства, закрытые после переворота, начали заниматься своим обычным делом; со 2 марта стали работать телеграф и телефон; открылся базар. Военное положение, однако, продолжало сохраняться. Конституционные и религиозные законы были отменены, национальный меджлис распущен... Особое внимание правительство уделяло полиции. Для предупреждения нового заговора и из страха перед народом были запрещены демонстрации, всякие собрания, хождение ночью по улицам и т.д. Все это предусматривалось особым приказом Реза-хана. Став сардар сепахом, Реза-хан сначала постарался укрепить свое положение, а затем занять пост командующего всеми вооруженными силами страны.

Правление «черного кабинета» Сеид Зия эд-Дина, продержавшегося у власти всего 93 дня, знаменует собой один из самых мрачных периодов новейшей истории Ирана. Долгое время после падения правительства Сеид Зия эд-Дина правящие круги Ирана кстати и некстати поминали его имя, чтобы обелить себя и свалить на бывшего премьера ответственность за тяжелое положение страны. О Реза-хане же - одном из главных исполнителей переворота 3 хута, который приобрел большую силу, - эти депутаты писали: «Иранское командование казачьей дивизии, не ведая истины и по ошибке... помогло исполнению замыслов Сеида... Уважаемый Сардар [Реза-хан], иранец, понял, что его верность и храбрость были использованы злоумышленно иностранцами и неким вором и предателем родины».

Реза-хан ежегодно отмечал дату переворота как национальный праздник. По свидетельству Бахара, однажды Реза-хан обратился к журналистам, требуя, чтобы только его считали главным организатором переворота 1921 года.

Сеид Зия эд-Дин очень короткое время пробыл в Иране после вывода из страны британских войск. Тотчас после вынужденной отставки он, опасаясь расплаты за свою антинациональную политику, бежал под защиту английских штыков в Багдад. Потом этот деятель долго жил под сенью британской власти в Палестине и вновь появился в Иране лишь в годы Второй мировой войны, что тоже совпало с пребыванием в стране частей английской армии.


 
загрузка...

Комментарии   

 
0 #1 Маргарита Захарова 16.03.2014 10:57
документ мой личный :-)
Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить