Для поиска темы - пользуйтесь СИСТЕМОЙ ПОИСКА


Стоимость дипломной работы


Home Материалы для работы Главы государств. Джон Куинси Адамс (1767-1848)

Главы государств. Джон Куинси Адамс (1767-1848)
загрузка...
Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

Главы государств. Джон Куинси Адамс (1767-1848)


Государственный деятель и дипломат США. Представитель США в Нидерландах, Пруссии, России, Великобритании. Участвовал в составлении Гентского договора между США и Великобританией (1814). Госсекретарь США (1817-1825), сыграл ведущую роль в приобретении Флориды (1819), участвовал в разработке доктрины Монро. Президент США (1825-1829), член палаты представителей (1831-1848).

Джон Куинси Адаме родился 11 июля 1767 года в Брейнтри, штат Массачусетс. Он был старшим сыном известного политического деятеля, впоследствии второго президента Соединенных Штатов Джона Адамса и его жены Абигейл Смит, одной из самых умных женщин своего времени. Супруги Адаме назвали сына в честь его прадеда по материнской линии Джона Куинси, много лет заседавшего в законодательном собрании Массачусетса.

Джон Куинси очень рано начал знакомиться с международной политикой. Ему было всего 11 лет, когда он вместе с отцом, получившим назначение во Францию, пересек океан. Джон Куинси учился в одной из частных школ Парижа (1778-1779), затем в Лейденском университете (1780). Он прекрасно знал французский язык, немного говорил на датском. С 1780 года юноша начал вести дневник. До конца жизни он записывал в него самые важные события, происходившие с ним и его современниками.

Самостоятельную дипломатическую деятельность Адамс-младший начал с 15-летнего возраста. Его знания сочли вполне достаточными и отправили в качестве личного секретаря посла Фрэнсиса Дейна в Россию, где он пробыл больше года. «Петербург самый прекрасный город, который мне когда-либо приходилось видеть,- писал юный Адаме 19 сентября 1781 года. - Он далеко превосходит Париж как по ширине улиц, так и по изяществу частных зданий. Впрочем, городская полиция никуда не годится - почти каждую ночь совершаются ограбления или убийства».

В 1782 году Адаме приехал в Париж, где работал его отец. Джон Куинси участвует в качестве переводчика в мирных переговорах после завершения Американской революции.

Окончив Гарвардский колледж (1787), Адаме по настоянию родителей продолжил учебу в Массачусетсе. Получив юридическое образование, он стал адвокатом в Бостоне. Широкую известность ему принесли острые публицистические выступления на злободневные темы. В одной из серий своих выступлений он поддержал политику нейтралитета, проводимую президентом Вашингтоном в отношении войны между Англией и Францией.

Познакомившись с этими публикациями, Джордж Вашингтон предложил Адамсу представлять интересы Соединенных Штатов в Нидерландах. 30 мая 1794 года сенат утвердил это назначение. Так началась дипломатическая карьера Адамса.

В Голландии Джон Куинси познакомился со своей будущей женой - Луизой Джонсон. Девушка родилась в Англии и получила образование в элитных французских школах. Ее отец жил в Мэриленде и когда-то был лондонским коммерсантом.

В Гааге, в этом центре европейской дипломатии, обсуждалось создание первой антифранцузской коалиции. Европа стояла на пороге эпохальных событий. Молодой Адаме отправлял сообщения государственному секретарю, он также информировал обо всем своего отца, ставшего к тому времени вице-президентом. Несомненно, с его депешами также знакомился и Джордж Вашингтон: несколько фраз из писем Адамса появились в его «Прощальном послании» (1796). Вашингтон, кстати, высоко ценил Джона Куинси как дипломата и хотел предложить ему пост министра в Португалии, но в это время его сменил на президентском посту Адамс-старший и Португалия была заменена на Пруссию.

По пути к новому месту назначения Джон Куинси оказался в Лондоне, где он 26 июля 1797 года женился на Луизе. Предполагалось, что Луиза принесет мужу большое приданое. Но через несколько месяцев выяснилось, что ее отец, Джошуа Джонсон, разорился.

Вскоре молодожены переехали в Берлин. Джон Куинси заключил договор о дружбе и торговле между США и Пруссией. Но уже в 1801 году он был отозван новым президентом Джеферсоном. Адаме снова занялся адвокатурой. В 1802 году его избрали в сенат Соединенных Штатов от Массачусетса, а в следующем году в члены Конгресса.

Но затем Адаме оставил политику. В 1806 году он стал профессором Гарвардского университета. И все-таки его сердце принадлежало дипломатии.

Президент Мэдисон назначил Адамса послом в Россию. Из-за нехватки денег Джон Куинси, не советуясь с женой, решил оставить двух старших сыновей, Джорджа и Джона, у своих родителей, а с собой взять только младшего Чарлза. Лиза узнала об этом только перед посадкой на пароход.

В 1809-1814 годах Адамсы жили в Санкт-Петербурге. Луиза не видела старших сыновей в течение восьми лет. В России у них родилась дочь, но через год она умерла.

Джон Куинси немало сделал для сближения двух стран. В сентябре 1812 года Россия, заинтересованная в установлении мира между Англией и США, сделала попытку примирить воюющие стороны, предложив свое посредничество в переговорах, что было отвергнуто Англией.

Адаме, имевший солидный дипломатический опыт, возглавил американскую делегацию для переговоров с Англией. 24 декабря 1814 года он подписал в Бельгии Гентский мирный договор, определивший условия мира и окончания войны США с Англией (1812-1814).

«Условия подписанного вами мира очень почетны для нас, и, без сомнения, они придадут дополнительный блеск вашей и без того прочно утвердившейся славе, - писал Адамсу американский дипломат Л. Гаррис. - Если уж мы своими силами, да еще в столь удивительно неблагоприятных условиях, в которых нам приходилось действовать с начала войны, сейчас, на третьем ее году, сумели обеспечить status quo ante bellum, то каковы были бы наши достижения, помогай нам страны Европы?»

Гентский мирный договор, однако, не разрешил всех спорных вопросов между Соединенными Штатами и Англией. Оставался открытым и вопрос о разграничении с Канадой.

28 февраля 1815 года Адаме был назначен посланником в Лондон. Английское правительство не желало признавать законность притязаний Соединенных Штатов на бассейн реки Колумбия. Джон Куинси Адаме был явно раздражен упорным противодействием Англии любым попыткам Соединенных Штатов расширить их владения на континенте Северной Америки.

В последующие два года он не без успеха старался нормализовать натянутые отношения между бывшей метрополией и Соединенными Штатами. Личное знакомство с ведущими политиками Англии во многом способствовало успешной деятельности Адамса-дипломата в последующие восемь лет.

Вернувшись в Америку, Адаме занял важный пост государственного секретаря в правительстве Д. Монро (22 сентября 1817 года). Новый госсекретарь полагал, что поскольку Соединенные Штаты не причиняют беспокойства английским владениям в Европе, Азии, Африке, а также владениям Англии в Западном полушарии, то она в свою очередь не должна с ревностью и раздражением наблюдать за «каждой возможностью расширения для нашего естественного владения в Северной Америке...».

В результате переговоров американских представителей Р. Раша и А. Галлатина с Г. Гоулбоурном и Ф. Робинсоном 20 октября 1818 года в Лондоне была подписана конвенция, по условиям которой граница между Канадой и Соединенными Штатами устанавливалась от Лесного озера до Скалистых гор по 49 параллели. Что касается территории от Скалистых гор до берегов Тихого океана, на которую претендовали обе державы, то она оставалась открытой для совместной оккупации в течение 10 лет.

Но и договор 1818 года не разрешил спорных вопросов между США и Англией.

В эти же годы Соединенные Штаты предприняли шаги для организации ряда военных и торговых постов в бассейне реки Миссури.

Президент Монро и военный министр Кэлхаун были сторонниками сближения с Англией. Адаме же высказывался за независимую политику. На заседании кабинета 1 января 1819 года при обсуждении вопроса о признании южноамериканских правительств Адаме заметил, что не следует проявлять слишком большую почтительность к английскому правительству. По его мнению, Соединенным Штатам «не следовало бы иметь вид слишком близко цепляющихся за ее рукав», а «заботливо сохранять преимущество инициативы в выдвижении вопроса о признании южноамериканских правительств и, убеждая Англию действовать согласованно с ними, одновременно позаботиться о том, чтобы дать ей понять, что мы в конечном итоге будем действовать независимо, сами за себя».

Адаме вел в Вашингтоне трудные переговоры с испанским послом о Западной Флориде, к приобретению которой стремились США, и оспариваемой со времен покупки Луизианы западной границе с испанскими колониями.

Полная беспомощность испанских властей побудила Соединенные Штаты перейти к решительным действиям. В марте 1818 года американские войска под командованием генерала Эндрю Джексона под предлогом преследования индейцев, которые якобы получали помощь с испанской территории, вторглись в восточную Флориду и захватили Сент-Маркс. Затем войска генерала Джексона двинулись на запад к Пенсаколе. Гарнизон испанцев благоразумно предпочел капитуляцию.

Действия генерала Джексона во Флориде поставили правительство Соединенных Штатов в довольно щекотливое положение. Налицо был захват восточной Флориды под предлогом, который вряд ли выдерживал сколько-нибудь серьезную критику. 8 июля 1818 года испанский посланник Л. Онис прислал Соединенным Штатам ноту. Онис не только решительно протестовал, но и требовал возвращения захваченной территории.

23 июля 1818 года в ответной ноте Испании правительство Соединенных Штатов официально поддержало действия американских войск, оккупировавших восточную Флориду.

Полностью оправдывая действия генерала Джексона, Адаме вместе с тем заявлял, что Соединенные Штаты не преследуют захватнических целей, и выражал согласие возвратить оккупированную территорию, когда прибудут испанские войска, достаточные для ее защиты. Адаме был слишком трезвым и опытным политиком, чтобы не понять, что вопрос о Флориде фактически уже решен, что европейские страны вряд ли выступят в поддержку Испании и что, наконец, сама Испания, понимая невозможность сохранения своего господства в восточной Флориде, беспокоится главным образом о том, чтобы хоть как-нибудь сохранить свой престиж.

24 октября 1818 года Онис представил Адамсу предложения, включавшие уступку Испанией Соединенным Штатам западной и восточной Флориды, а также взаимный отказ от возмещения убытков. 31 октября 1818 года последовал ответ Адамса, который практически привел к завершению переговоров по данному вопросу.

22 февраля 1819 года длительные переговоры между Соединенными Штатами и Испанией завершились подписанием «трансконтинентального» договора о дружбе, урегулировании конфликта и границах.

Условиями договора и, в частности, установлением границы вплоть до Тихого океана Адаме необычайно гордился. В своем дневнике он записал: «Признание определенной пограничной линии вплоть до Южного моря составляет великую эпоху в нашей истории. Первое предложение этой линии в переговорах было сделано мною».

Будучи уже в преклонном возрасте, Адаме называл этот договор «самым важным моментом в своей жизни» и результатом самых успешных переговоров, которые когда-либо велись правительством Соединенных Штатов».

Распространенное мнение о мирном присоединении Флориды к Соединенным Штатам путем покупки вряд ли можно считать справедливым. Согласно договору, правительство Соединенных Штатов обязывалось уплатить 5 миллионов долларов не Испании, а своим собственным гражданам и, что самое главное, не в качестве цены за продажу Флориды, а как возмещение ущерба, причиненного Испанией гражданам США. Статья 9 договора гласила, что стороны «взаимно (!) отказались от всех претензий о возмещении за ущерб или обиды, которые они сами, так же как и соответственно их граждане и подданные, возможно, понесли до времени подписания договора».

В беседе с Адамсом 17 июня 1819 года новый русский посланник в Вашингтоне П. Полетика сообщил о том, что император Александр I хотел бы, чтобы Соединенные Штаты стали участниками Священного союза. В этом случае при возникновении разногласий между Соединенными Штатами и европейскими державами, например Англией, император мог бы употребить свое влияние в их пользу.

В наиболее развернутой и последовательной форме отношение Соединенных Штатов к вступлению в Священный союз изложено в инструкциях Адамса американскому посланнику в Санкт-Петербурге Генри Миддлтону от 5 июля 1820 года, которые заслуживают самого внимательного изучения.

В этих инструкциях государственный секретарь писал, что президент, «одобряя общие принципы Священного союза», вместе с тем считает, что «Соединенные Штаты будут более действенно способствовать великим и возвышенным целям, во имя которых он был заключен, воздерживаясь от официального участия в нем...» Адаме отмечал, что «Соединенные Штаты не только дают свое сердечное одобрение статьям Священного союза, но и будут среди самых искренних и добросовестных в их исполнении».

Осенью 1822 года вопрос о захвате Кубы неоднократно обсуждался на заседаниях американского кабинета.

Однако неподготовленность Соединенных Штатов к такой войне была очевидна. Адаме считал, что результатом войны явится захват острова Англией. Выход был найден в «совете» народу Кубы остаться в зависимости от Испании.

Джон Куинси Адаме говорил о неизбежности присоединения острова в будущем на основе доктрины «политического тяготения». «...Существуют законы политического (наряду с физическим) тяготения, и подобно тому, как яблоко, отделенное бурей от дерева, не имеет другого выхода, кроме падения на землю, так и Куба... не имея возможности самостоятельно поддержать себя, может тяготеть только по направлению к Североамериканскому Союзу, который по тем же самым законам природы не может сбросить ее со своей груди».

Иными словами, плод должен был еще «дозреть» в условиях испанского колониального режима, а затем уже при благоприятных условиях его можно было бы присоединить к Соединенным Штатам.

В августе 1823 года английский министр иностранных дел Каннинг пригласил посланника Соединенных Штатов Раша и заявил ему о важности единомыслия и совместных действий Соединенных Штатов и Англии в вопросе о независимости бывших испанских колоний в Америке.

Сущность предложений Каннинга заключалась в том, что Англия, которая так долго была врагом Соединенных Штатов, предлагала им теперь совместные действия. Министр иностранных дел констатировал, что американские колонии утеряны Испанией безвозвратно и что Соединенным Штатам и Англии следует признать их независимость. При этом он заверил Раша, что Англия сама не имеет территориальных притязаний на эти колонии, но и не допустит, чтобы какая-либо их часть была захвачена другой державой.

Ввиду важности вопроса Д. Монро решил выяснить мнения двух своих предшественников на посту президента - Т. Джефферсона и Д. Мэдисона, с которыми он поддерживал регулярную переписку.

Сам Монро полагал, что следует пойти навстречу английскому правительству. Однако принятие предложений Каннинга означало коренное изменение англо-американских отношений и участие Соединенных Штатов в системе европейской политики. Эти вопросы, по-видимому, беспокоили Монро и заставили его посоветоваться со своими предшественниками.

Джефферсон и Мэдисон отнеслись благосклонно к инициативе англичан.

На заседаниях кабинета в ноябре 1823 года выявились две противоположные точки зрения: 1) точка зрения большинства, отстаивавшаяся военным министром Кэлхауном и разделявшаяся в основном Монро, исходила из возможности европейской интервенции в Южную Америку и предусматривала принятие предложений Каннинга; 2) противоположная точка зрения, которой придерживался Адаме.

Уже на первом заседании 7 ноября 1823 года Адаме предложил самостоятельно заявить России и Франции о принципах, разделяемых Соединенными Штатами, а не «выступить в роли судовой шлюпки в кильватере британского военного корабля». Его идея вызвала всеобщее одобрение. Президент Монро, несмотря на то что он выступал за принятие английских предложений, был решительным противником того, чтобы Соединенные Штаты оказались в зависимом от Англии положении.

Адаме прекрасно разобрался в смысле предложений британского министра: «Цель Каннинга, по-видимому, состоит в том, чтобы получить какие-то публичные обязательства от американского правительства, кажущиеся направленными против насильственной интервенции Священного союза и борьбу Испании и Южной Америки, а в действительности или особенно против присоединения самими Соединенными Штатами испано-американских владений». Хорошо осведомленный в международных делах госсекретарь США знал, что реальной угрозы интервенции Священного союза в Западное полушарие не существовало, а сама перспектива восстановления испанского господства в Америке казалась абсурдной.

Адаме считал, что Англия, в отличие от Соединенных Штатов, не имеет права выступать против интервенции европейских держав, так как она не признала независимости Испанской Америки. Это послужило формальным повод для отказа Каннингу.

Интересы самих Соединенных Штатов требовали расширения торговых связей с новыми государствами, нормализации с ними политических отношений и закрепления общего политического положения Соединенных Штатов. В этой обстановке в марте 1822 года было принято решение о признании независимости ряда новых государств Испанской Америки и подготовлены условия, приведшие в конце 1823 года к провозглашению доктрины Монро.

Правительство Соединенных Штатов не желало отказаться от перспективы расширения территории страны за счет испанских владений в Америке, прежде всего Кубы и Техаса. Адаме считал, что Великобритания и Соединенные Штаты не могут быть поставлены в одинаковое положение. «Я считал, что случаи не являются аналогичными. Мы не имеем намерения захватывать как Техас, так и Кубу. Но жители одной из них или обеих могут осуществить свои элементарные права и обратиться с просьбой об объединении с нами. Они, конечно, не сделают ничего подобного в отношении Великобритании. Поэтому, присоединившись к ней в предлагаемой декларации, мы даем ей существенное, и, возможно, затруднительное обязательство не в нашу пользу и в ответ не получаем ничего». Такова была точка зрения Адамса.

2 декабря 1823 года президент обратился к Конгрессу с посланием. Основные идеи так называемой «доктрины Монро» были сформулированы Джоном Куинси Адамсом. В послании говорилось, что Соединенные Штаты не претендуют на вмешательство во внутренние дела европейских государств, но категорически возражают против распространения политической системы этих государств, то есть монархической системы, на какую-либо часть американских континентов. Монро заявлял далее, что США не допустят дальнейшего расширения колониальных владений европейских держав в Америке.

Монро обещал не покушаться на уже существующие владения европейских держав в Америке. Но в «случае какого-либо вмешательства любой европейской державы в дела тех правительств (американских государств), которые провозгласили свою независимость, США будут рассматривать это не иначе, как недружелюбный акт по отношению к ним самим».

Весьма интересные признания о перспективе применения доктрины сделал Джон Куинси Адаме. Он определенно заявлял, что континент Северной Америки должен быть владением США. «С того времени, как мы сделались независимым народом, - говорил госсекретарь, - стало прямым законом природы, что континент Северной Америки должен стать нашим достоянием, подобно тому как Миссисипи должна течь к морю».

В 1824 году Джон Куинси Адаме включился в борьбу за президентское кресло. Кандидатура Адамса официально была выдвинута позднее, чем кандидатуры его соперников. Это произошло 15 февраля 1824 года на большом митинге республиканцев в Бостоне.

Нет сомнений, однако, что Адаме уже давно готовился к занятию президентского кресла, хотя в отличие от своих соперников в духе пуританской щепетильности и ханжества он даже на страницах своего дневника старался скрывать свои честолюбивые замыслы и усиленно напирал на то, что пост президента должен явиться результатом заслуг, а не «манипуляций».

В программных вопросах Адаме предпочитал сглаживать противоречивые интересы, стремился к их «примирению, а не столкновению». В то время он не желал обострять отношения с рабовладельцами и старался учитывать их интересы. На выборах, как единственный представитель Севера, он мог рассчитывать на большинство. Однако его консервативные взгляды, подчеркнутый аристократизм мало способствовали популярности.

На выборах 1 декабря 1824 года первым был генерал Эндрю Джексон, опередивший Аламса и Г. Клея. Но так как ни один из кандидатов не набрал необходимого большинства голосов избирателей, то решение было предоставлено палате представителей. 9 февраля 1825 года она избрала президентом не Джексона, а Джона Куинси Адамса, который был вторым по результатам в выборной коллегии. После того как Адаме назначил Генри Клея новым министром иностранных дел в своем кабинете, Джексон и его сторонники упрекнули Адамса в том, что он перед голосованием в палате представителей заключил с Клеем тайное соглашение. Действительно, 9 января 1825 года Клей конфиденциально беседовал с Адамсом. Детали их соглашения до сих пор остаются не вполне ясными. Для современников было достаточно вида и слова военного героя Джексона о «продажной сделке», чтобы приговорить Адамса. Это обвинение в коррупции с самого начала легло тенью на его президентство.

При вступлении в должность президента 4 марта 1825 года Адаме обязался служить общему благу всех американцев. Он призвал нацию к единству. Пообещал содействовать развитию образования и науки.

Адамсу не удалось создать собственной политической партии. Он пытался проводить независимую политику, что оттолкнуло от него как федералистов, так и республиканцев. «Я - сдержанный, холодный, суровый человек с дурными манерами», - писал он в дневнике. А в письме Луизе признавался: «Я никогда не пользовался и не буду пользоваться тем, что называется популярностью. Мне недостает обаяния».

В 1825 году возникла идея созыва конгресса всех американских самостоятельных государств. Позиция Соединенных Штатов в отношении Панамского конгресса и особенно их противодействие освобождению Кубы и Пуэрто-Рико не могли не сказаться отрицательно на их общем влиянии в новых государствах Испанской Америки.

Хотя Адамсу удалось заключить торговые договоры с большинством европейских государств и южно-американских штатов, попытка приобрести для американского судоходства равноправный доступ к британским Карибским островам не удалась из-за противодействия Лондона и даже привела в 1826 году к закрытию портов Вест-Индии для американских судов. В марте 1827 года Адаме закрыл в ответ американские порты для британских судов, что нанесло ощутимый удар по американской торговле. Вест-индская торговля смогла нормализоваться только в 1830 году. Адамсу не удалось добиться ощутимых успехов и во внутренней политике, поэтому в 1828 году на посту президента его сменил Эндрю Джексон.

Адаме всегда контролировал свое поведение, был холоден, язвителен, эрудирован и аккуратен. В его дневнике часто встречаются слова «исполнение долга» и «систематичность». Неудивительно, что жене Луизе было с ним нелегко. В минуты отдыха он мог рассуждать о литературе и искусстве (занимательный роман Генри Филдинга «Том Джонс» был его любимой книгой). Но большей частью он был занудой и нередко засыпал в разгар званого обеда.

После небольшого отдыха Адаме в начале декабря 1831 года вернулся к политической деятельности в качестве депутата от Плимута. В палате представителей он заседал до самой смерти. Джон Куинси Адаме умер 21 февраля 1848 года во время дебатов в Конгрессе об американо-мексиканской войне, которую он так же энергично отвергал, как и, наоборот, решительно поддерживал попытки ограничить или совсем отменить рабство.


 
загрузка...

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить